Гена родился в Советском Союзе. Хоть уже и на закате великой империи, но успел насмотреться на портрет Ленина на фоне красного флага, расположенный на первом развороте букваря. И, конечно, Гена обожал все, что касалось космоса. Гордился, что живет в стране, имеющей самый внушительный список достижений в космонавтике, каждый пункт которого начинался со слова «первый».

Гена не помнит, при каких обстоятельствах, но к нему попала большая книга об устройстве различных механизмов. Кроме информации о работе барабана комбайна, там рассказывалось о трудах Циолковского и принципе работы реактивного двигателя. Теперь Гене стало еще интереснее – начало казаться, что, возможно, когда-нибудь, он и сам сможет принять какое-то участие в космонавтике.

Пристрастие

Потом были книги и фильмы. В советское время о космонавтике снимали и писали не так много, но Гене, на первых порах, хватало. Он зачитывался «Фаэтами» и Киром Булычевым, засматривался фильмами про подростков в космосе (название забыл, там вроде серия была), и продолжал грезить космосом.

Наступили 90-е, наше информационное и медийное пространство расширилось, и мы с Геной впервые увидели «Звездные войны», почитали Айзека Азимова и Гарри Гаррисона. В нашей деревенской библиотеке выбор был скудный, а на покупку книг денег не было, поэтому довольствовались тем, что удавалось найти. Большинство названий, увы, уже выветрилось из памяти. Помню, была серия Айзека Азимова про какого-то парня, работавшего кем-то вроде детектива – он расследовал преступления на Венере, Марсе, даже Меркурий посетил. Еще была серия «Американская фантастика» — книжки в мягком переплете, невзрачные такие, с черно-белыми обложками. Какая-то книжка с главным героем по имени Физпок, летевшим к Земле с планеты, на которой чуваки кидали друг в друга ручными ядерными гранатами, и по дороге превратился в человека. А «Солярис»? Что может быть прекраснее этой книги? Короче, прочитали мы все, что нашли.

В 90-е годы появились мультсериалы по телевизору. Кто помнит «Космических спасателей лейтенанта Марша»? Каждый день, ровно в 15-20, после дневных новостей, как штык у телевизора, чтобы, не дай Бог, не пропустить 20 минут счастья, про нескончаемые битвы людей – обычных и синих, искусственных. Кто понял, чем кончился этот мультсериал?

Но душа все равно лежала больше к советским произведениям. Не знаю, как вам, а Гене казалось и кажется, что в них было больше романтики, что ли. Или души. Именно они пробудили в Гене жажду космоса.

Жажда

Жажда была настолько сильной, что Гена ее ощущал почти буквально. Он безумно хотел… Даже не знаю, чего. Не уверен, что и он сам знал. Побывать в космосе. Посетить другие планеты, увидеть новые миры, основать колонию, подружиться с обитателями незнакомых планет, повоевать с иной цивилизацией, увидеть деревья, растущие с неба, или из головы инопланетян, или хоть откуда. Посмотреть на то, что невозможно даже представить.

Был на свете Гена – маленький, глупый и наивный ребенок, и была космонавтика. Точнее, мои мечты о ней. Гена рос и надеялся. Нет, не надеялся – он ждал. Ждал, когда космонавтика совершит, наконец, тот прорыв, который перевернет всю его, Гены, маленькую и скучную жизнь. Не только его, разумеется – всего мира, но Гена, как и любой ребенок, был эгоцентричным. Он ждал прорывов в космонавтике для себя.

Разум подсказывал, что прорыв может прийти только с двух сторон.

Первая – инопланетяне. Случайный, непредсказуемый фактор, который может изменить жизнь планеты. Собственно, тут от людей ничего особо не зависит. Если прилетят инопланетяне, останется только реагировать, а там уж как пойдет. Может, получится, как для марсиан из «Фаэтов» — прилетят друзья, сделают безжизненную планету обитаемой и помогут выбраться из подземелий. А может, как сейчас любят в голливудских фильмах, вроде «Скайлайна», «Ковбоев против пришельцев» и еще миллиона других.

Вторая – технологии перемещения. Вроде, очевидно, что никуда человечество не улетит, ничего не откроет и ни с кем не подружится, пока не научится быстро перемещаться по космосу. Нужен двигатель, разгоняющий до скорости света, или еще быстрее. Второй вариант – телепортация или какой-то из ее вариантов. Ну, нам так в детстве казалось.

Усталость

Но время шло, а прорывов как-то не случалось. Я давно уже забросил мечты о космонавтике, увлекся программированием, а Гена продолжал ждать.

В новостях показывали каких-то космонавтов, вперемешку с астронавтами, летающих на станцию «Мир», как на вахту. Периодически упоминались какие-то эксперименты, проводимые на орбите, но… Мелкие они какие-то были, что ли. Не имели ничего общего с нашими представлениями о космосе и его возможностях.

Станцию «Мир» благополучно затопили, построили МКС, и все продолжилось по тому же сценарию. Летят туда, торчат на орбите по полгода, все чего-то чинят, стыкуют, дыры заделывают, семена проращивают, поздравляют с Новым Годом, рассказывают, как там трудно помыть голову и сходить в туалет. Спутники запускают в таком количестве, что уже не протолкнуться на орбите.

Постепенно и Гена начал понимать, что ждать-то, по сути, нечего. Их, космонавтов и ученых, планы резко расходились с нашими. Их возможности и скорость развития космонавтики уже никак не соответствовала ожиданиям Гены.

Так, незаметно для себя и окружающих, Гена стал взрослым. Ну как стал – руки-ноги длиннее стали, семья появилась, работа, кредиты, обязательства, право голосовать. А внутренний ребенок остался. Тот, который ждал.

Всплески

В круговороте забот взрослой жизни детские мечты стали забываться. Просыпались редко – только при прочтении очередной хорошей книги или просмотре приличного фильма о космосе. Не знаю, как вас, а Гену не особо радуют современные фильмы. Взять тот же «Стартрек» — все вроде хорошо, интересно снято, сюжет захватывающий актеры хорошие, режиссер прекрасный… Но не то. Не сравнить с «Солярисом» (я про книгу).

По-настоящему всколыхнули душу только «Аватар», «Интерстеллар» и «Район № 9».

В «Аватаре» — настоящий иной мир, великолепное полное погружение в реалии другой планеты, пусть и с вписанной внутрь стандартной голливудской историей. Но при просмотре фильма очевидно, что значительную, если не самую большую часть времени и души режиссер вложил именно в создание этого мира и демонстрацию его нам с помощью лучших визуальных технологий.

«Интерстеллар» это… Это «Интерстеллар». Так показать космос и людей, впервые в него попавших, мог только Кристофер Нолан. Это «Солярис» и «Бегство Земли» в одном флаконе, если на уровне душевных вибраций сравнивать.

А «Район № 9» просто взорвал мозг. История настолько далека от традиционных представлений о фантастике – хотя, казалось бы, сюжет валялся под ногами – и так шикарно снято, что хочется пересматривать в миллионный раз. И каждый раз – как первый. Такое редко кому из режиссеров удается.

Но все это – лишь всплески. С одной стороны, они безумно радуют, потому что будят в таких, как Гена, ребенка и его мечты. С другой стороны – блин, они же будят в нем ребенка и его мечты! Гена словно просыпается от скучного сновидения под названием «взрослая жизнь» и вспоминает… О космосе, других планетах, межзвездных путешествиях, новых мирах, световых скоростях и бластерах. И пробует соотнести мои мечты с реальностью.

Реальность

А что в реальности? Триллион спутников, коммерческих и военных. Ну, наверное, они Гене в чем-то помогают, а он, тварь неблагодарная, опять недоволен.

Еще какие-то ракеты летают. В космос, потом обратно. Некоторые обратно не летают. Некоторые ловят на воде. Некоторые взрываются. Гене-то что с того?

Да, есть космический туризм. Какие-то богатеи побывали на орбите за кучу денег. А Гена не хочет побывать на орбите. Даже на Марс не хочет – знает, что там нет ничего интересного.

Есть какие-то автоматические аппараты, которые запускают к другим планетам. Они через раз долетают, присылают картинки. Скучные, неинтересные картинки. Не идущие ни в какое сравнение с теми, которые рисовало наше воображение в детстве.

Илон Маск, вроде, хочет людей на Марс отправить. Когда, кого именно, сколько лететь будут, как вернутся, чем заниматься будут – одному Илону Маску известно. Гену точно не возьмут. Да он и не полетел бы, потому что это – суррогат, сделка с совестью, попытка одурачить детские мечты.

На днях вот черную дыру сфоткали. В заголовках пишут, что получилось не хуже, чем в «Интерстелларе». Прекрасно. Значит, Гена черную дыру уже несколько раз видел – в кинотеатре и дома, по телевизору.

Время первых

Недавно встречался с Геной. Вспомнили прошлое, посмеялись, а потом разговор опять зашел про космос. Гена сразу потускнел, будто мы обсуждали какую-то неизлечимую болячку, сидящую у него внутри. Видно было, что его разрывают противоречия. С одной стороны, как я думаю, кроме меня о космосе ему поговорить не с кем, но очень хочется. С другой – а что толку?

Но я решил помочь другу и разговорил его. Гена болтал без умолку, а я слушал, почти не вмешиваясь.

Гена сказал, что ему очень не повезло с выбором увлечения. Сравнивал со мной – я с 9-го класса программированием грезил. Сказал, что его, как и миллионы других людей, ввело в заблуждение время первых.

Что это такое – понятно, я с этого начал изложение. Было время – причем, очень короткий его промежуток – когда одно открытие следовало за другим, буквально каскадом. И почти все – в нашей стране. В те годы ни один обыватель, вроде нас, не мог и предположить, что это лишь первые сливки, а за ними будет, увы, огромный слой кислого молока.

Быстро и эффектно сделали все, на что были способны. Запустили спутник, отправили собак, человека, в открытый космос вышли, женщину отправили, американцы на Луну высадились, и… Всё.

А нам преподнесли так, будто это – только начало. Вроде как – эгегей, посмотрите, на что мы способны! И это ведь только первые сделали! А что дальше будет! И вообразить невозможно!

Вообразить-то как раз возможно, и книги с фильмами нам в этом здорово помогли. Первые сделали свое дело, а мы безумно воодушевились и стали ждать вторых. А вторые так и не пришли. Такие вторые, чтобы перед первыми не стыдно было.

Гена искренне признался, что давно завидует мне, белой завистью.

Другие увлечения

Как сказано выше, я, по непонятной причине, увлекся программированием. Это был 98 год, «Бейсик Корвет», книга А. Фокс и Д. Фокс «Бейсик для всех». Ну и первые, как в космонавтике – компьютеры, программы, сети и т.д.

Но в ИТ очень быстро, лавинообразно, пришли и вторые, и третьи, и тридцать пятые. ИТ занимается весь мир, во всех его многообразных проявлениях. И, честно признаться, за 20 лет ИТ ушел намного дальше и шире того, что я представлял себе в самом начале.

Вот этому Гена и завидует. Он видит, что мои детские мечты сбылись – хотя бы отчасти. А он остался у разбитого корыта.

Разбитое корыто

Корыто, увы, действительно разбитое. Недавно было 12 апреля. Кого мы вспоминаем и чествуем в этот день? Тех самых первых – Гагарина, Королёва, Леонова, Терешкову, Гречко.

Вроде, нормально – в праздник чествовать первых. Но нормально вспоминать и вторых. А кто второй? Кого еще можно причислить к выдающимся героям современной космонавтики? Сколько фамилий вы назовёте – тех, кто двинул эту науку вперед за истекшие 50 с лишним лет?

Если вы серьезно увлекаетесь космонавтикой, то кого-то наверняка назовете. И Гена назвал. А я не назову – никого, кроме Дмитрия Рогозина и Илона Маска. С горестной ухмылкой на лице, разумеется.

Ухмылки бы не было, если бы кто-то, не пользуясь поисковиком, назвал бы министров, отвечавших за отправку первого человека в космос. До чего же докатилась космонавтика, если ее лицом стал первый вице-премьер правительства? Лично я ничего не имею против этих людей – я понимаю, что они взошли на пьедестал не целенаправленно. А самое интересное, что в этой отрасли знаний происходит – дырка в обшивке орбитальной станции, про которую уже материала на целый сериал набралось.

Мелко. Скучно. Беспросветно.

Гене, как и мне, уже 35 лет. Мы родились через 20 лет после подвига Первых. 50 лет в космонавтике – вакуум. Мелкое копошение, коммерческие проекты, орбитальные холодные войны, деньги, прибыль, интриги, бюджеты, воровство, уголовщина, эффективные менеджеры и, прошу прощения за нецензурщину, проекты.

P.S.

Абзац выше – мои слова. Гене я их не сказал. Уверен, он думает так же, но даже наш долгий разговор не довел его до той точки, в которой он смог бы растоптать свои детские мечты грязным сапогом (или лакированной туфлей).

Гена еще надеется. На что – не знаю. Уверен, что эту статью он не прочитает – не его ресурс. Просто от души обидно за старого друга. Может, все-таки инопланетяне прилетят?

Источник